⠀⠀
Характер
Вопреки классическому представлению южного характера, Амир довольно сдержан и, местами, даже отстранен, нечасто вступая в какие-то перепалки. Но если вступит, становится похож на крышку кипящей кастрюли: проще вырубить, чем пытаться прижать, чтобы суп не сбежал.
Прямолинейный, вспыльчивый, когда злится - наружу вылезают быдловатые замашки.
Небольшой рост компенсирован большой степенью бесстрашия с “и че?” во главе.
Имеет тотальную толерантность к чужому мнению.
Если ему что-то надо - становится упёртым, как пробка в дешевом вине. Для достижения цели может использовать всё от уговоров до абьюза и шантажа. Хорошо, что ему почти никогда ничего не надо.
Из-за сложного характера очень ценит людей, которые оказываются внутри его круга. Друзьями не назовет, но “мои придурки” - высшая степень доверия. Именно поэтому за придурков без промедления влезет в любую вышедшую из-под контроля дискуссию, даже если правда и сила на стороне оппонента.
⠀⠀
Биография
Имя Амир - единственное, что осталось у мальчишки от его настоящей семьи. С детства он рос в интернате среди таких же оказавшихся никому не нужными детей. Куда подевались его биологические родители, он не имел ни малейшего представления. Большой продуктовый пакет, в котором находилась люлька с крохой, обнаружил  при вечерней проверке огромного торгового центра охранник. К тёплому светлому одеялу прилагалась записка с одним единственным словом “Амир”.
Необычная внешность вызывала насмешки ровесников, от чего мальчуган сильно злился. Непослушные черные волосы,  смуглая кожа, не самые выдающиеся физические параметры - всё это неимоверно раздражало. Почти 11 лет он провел в стенах интерната, закаляя и без того непростой, вероятно доставшийся в наследство, характер, прежде чем внезапно объявилась приёмная семья, желающая забрать Амира к себе.
Поначалу его поведение больше походило на повадки маленького волчонка, попавшего к людям: настороженность, тихие вылазки только под покровом ночи и отказ есть за общим столом.
Однако со временем родителям удалось завоевать доверие мальчика и объяснить, что это его новый дом , в котором нет правил, как в интернате, яблоко у него из рук никто не вырвет, под коленку никто не пнет, а если он поранится - то всегда может подойти к маме или папе, если вдруг он оказывался дома.
Аль-Кадири были состоятельными выходцами из Арабских Эмиратов, построившими бизнес и всю жизнь прожившими в Бостоне. Уже имеющие одного ребенка, девочку на 2 года младше самого Амира, они решили дать билет в жизнь кому-то менее везучему.
Родители не прививали, но облагораживали вкус и манеры своего сына, благо у младшего аль-Кадири это было заложено где-то на генном уровне.
Начав ходить в элитную школу с едва ли не индивидуальными занятиями, он вдруг осознал, что учеба - это очень легко, если никто не пихает в бок и не называет турецким отбросом. Материал давался на раз-два, учителя хвалили, а закаленный годами интерната характер и заострившийся в колких перепалках язык не давал возможности холёным богатым деткам сказать слово поперёк. Поэтому раньше бывшие в драках руки теперь почти постоянно оказывались в карманах форменных брюк, а вокруг Амира понемногу сформировался свой круг приятных знакомств.
Родители не настаивали на том, чтобы сын выбрал себе профессию, связанную с их делом, поэтому когда семье сообщили, что он принят в академию Фасги-Хилл, никаких вопросов с их стороны не возникло.