[mask][nick]Rene Villar "Ident"[/nick][status]вы напугали эйнхерия[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/82/f2/37/614570.png[/icon][/mask]

День перевалил за половину, потянулся через обед и начал клониться к вечеру, ускоряя бег, как с пригорка. Тень вытягивалась сонной кошкой; тающая под весенним солнцем прохлада окрепла.

Рене стряхнул пепел в банку, пахнущую табаком и мятой; звякнула крышка, проглатывая подношение. Зябко передернув плечами, он неловко поднялся, деревянный и онемевший от долгой неподвижности, закинул на плечо полупустой рюкзак и потащил к выходу с крыши себя и блестящий черными боками кейс-пилот.
Не так он думал провести этот день.
[indent] 
Сцена не претендовала на выдающиеся спецэффекты, но когда всё так зрелищно валится под откос - невольно ожидаешь хотя бы самых примитивных. Однако жилой блок давно успокоился после великого переселения народов и исхода к обеду. Обитатели в тишине переваривали и обед, и утренние открытия - "жеребьёвку" пилотов. Ключ перекодировать нужды не было - система просто махнула местами.
Так же непринуждённо, как мигнул экран рассылкой со списком. Айдент - Малерби; Полянски - Винтер.
[indent]
Рене, с тех пор как - в середине, пофамильно - на негнущихся ногах покинул аутодафе в душной камере, где они смотрели на ядра, а ядра - на них, ждал именно этого. Застыв лицом к панели экрана в углу "комнаты встреч" и глядя прямо поверх.
Чужие шаги и голоса звучали невнятным белым шумом, когда неоновая вспышка уведомления принесла приговор. Его пальцы скользнули по неровным строчкам, справа - налево, снизу - вверх, словно пытаясь нащупать тактильный шрифт на гладком покрытии - в зеркальном арабском. 
Винтер - Полянски; Айдент - Малерби. Да, он всё понял всё верно - никаких игр разума.
[indent] 
Рене  исключил себя из поднявшегося балагана и пережил несварение на крыше, закусывая сигаретами; колючий комок артишока, проросший на месте, где должен быть только желудок, специфике этой диеты рад не был. Проторчал - браслет сверкнул проекцией в ладонь - до четырех, но так ни к чему и не пришёл. Не было никаких идей; внятного плана; мысли текли вяло, как замерзшие волны Гудзона. Никакого озарения и, конечно, ничего не изменилось просто потому, что он морозил себе задницу, прирастая к бетону.
[indent]
Магнитный замок пикнул, опознав ключ, и дверь скользнула в сторону - вэлком, надежду вытирайте на пороге - по законам общежития, пылесос в комнатах запускать положено самим, так что соблюдайте чистоту. Рене скинул рюкзак на сиденье у входа, развернул кейс углом и скользнул взглядом по своему новому жилью на ближайшие.. сколько-то-там; почти сразу взгляд споткнулся на цветном пледе, накинутом на одну из коек; на тумбочке вспух хребет фоторамок; в окне медленно разгорались - один за другим - цветные огоньки, подсвечивая казенные рулонные жалюзи.
Малерби, в огромной нелепой футболке и с такой же огромной - и нелепой - кружкой в руках, тоже никуда не потерялся.
- Серьёзно?- Рене поднял брови, скользнув взглядом в сторону от его лица. - Гирлянда?.. А доска для карты желаний - в доставке?
Он присел, разминая пальцы и разбирая шнуровку ботинок, капюшон толстовки пополз вниз, на глаза.

Отредактировано Jarlath Crowley (17-11-2025 23:26:17)

[mask][nick]Rene Villar "Ident"[/nick][status]вы напугали эйнхерия[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/82/f2/37/614570.png[/icon][/mask]

— У меня был полароид.
Отличная идея для настольной игры: пытаться объясниться исключительно набором слов, выданным ведущим. Неизвестно, что там на кон поставил Кит, но проигрывать - увеличивать словесную массу - явно не стремился. Будет биться до последнего. Чудно.
[indent]
Ладно. Хорошо. Малерби выбирал быть таким же трудным, как и всегда - были вещи, постоянные в этой вселенной. Рене не получал того, что хотел, мировая экономика пребывала в кризисе, Кит Малерби сам выбирал, где смеяться, и не выпускал инструкций по своему применению.
- Класс.
Молчание всё ещё оставалось лучшей стратегией. Что и требовалось доказать.
Рене перестал мяться: привычным движением раскинул пасьянс из ультрабука и дорожного набора, повесил практически опустевший рюкзак на крючок; бутылку с водой пристроил на держатель для телефона - липучка выдерживала и не такие лопаты.
[indent]
Размотав спальный набор из казенного одеяла и подушки, произвёл надлежащую рокировку - подушку в изголовье, а себя в одеялочный рулон. Следовало бы не тормозить, а протащиться до автомата со снеками и напитками (если те не опустели за это напряжённое утро), но пока было неясно, мутит его больше от голода, от дыма или от перспективы травиться вендинговой начинкой.
[indent]
Возможность побыть одному теперь представляла собой малодоступную роскошь. Под сосредоточенное шуршание Кита, Рене начинал задаваться вопросом - о чём он думал? - ввязываясь во всё это?
Понятно, конечно, о чём. И у него было мало времени тогда для "думать", надо было действовать. Результат налицо.
Хорошо, поздно лить слёзы по молоку. Рене закинул руку на лицо, закрывая локтем глаза от света.
[indent]
Если рассуждать рационально, теперь варианты укладывались в дихотомическую развилку: или оставаться, или валить.
Первый, впрочем, грозил вылиться во второй без его участия - в каком-то смысле, можно взять два по цене одного. С дополнительным бонусом: по крайней мере, у него будет ещё хоть сколько-то времени.
— Я тоже не в восторге.
[indent]
Рене чуть повернул голову, выглядывая из-под руки - но подсказок не обнаружил. Всё тот же затылок с хвостиком и напряженность в плечах. По комнате рисковый напарник ходил босиком.
Ну, разве что, фотографии?.. Печать современная, а стиль - ну, даже если это обработка, то подделка говорит сама за себя.
- .. от цифровизации?
Вау.
Это даже похоже на диалог, в котором за пять минут не пострадала ничья гордость и ни один планшет (возможно, надо было подождать, пока Кит свой все-таки пристроит к розетке?), по крайней мере, пока. Рискнуть?..
Да и вопрос, в общем-то, спорный и непростой.
- Я к ней нейтрально отношусь,- Рене задумчиво закусил губу, пожал плечами. - Но мне нравятся пластинки.

[mask][nick]Rene Villar "Ident"[/nick][status]вы напугали эйнхерия[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/82/f2/37/614570.png[/icon][/mask]

Рене стискивает зубы.  На минуту ему хочется сделать это правдой - просто чтобы посмотреть на выражение лица Кита. И на то, как "напарник" будет решать "проблему".
Из врожденного противоречия, Рене растягивает губы в искусственной улыбке.
— Не всю. Только избранное.

Ложь легка, да и не ложь вовсе - так, подначка. Мучительный диалог увял, и на этот раз никто не стал пинать этот дурнопахнущий труп. Малерби принимается сновать по комнате, творя хаос из траектории, звуков и запахов; чтением мыслей, взаимной чуткостью и каким-либо взаимопониманием.. ничем из этого атмосфера не полнится.
Может быть, умники-эйнхерии всё-таки ошиблись. Это не сработает.
Рене вытягивает из дорожного набора повязку на глаза, и, придерживая у груди медленно пожирающие электричество наушники с шумодавом, смиренно ждёт возможности замьютить к чертям эту реальность.

А потом Кит ставит перед ним лапшу, и вскинувшийся на движение Рене замирает. Пищевой суррогат в ещё не прогретой после консервации комнате дымится теплом, словно яростно источая вложенное намерение; совсем не сочетается запах дешевой химии и хорошего соуса - как и жест с настроением между ними, звенящим неприятно перетянутыми струнами.
Рене не знает, как реагировать; уровень неловкости принимает критические значения. Он открывает рот - и быстро закрывает обратно; даже у него есть немного социального интеллекта - и это "немного" прогнозирует, что люди, особенно теперь, плохо реагируют на кулинарную критику; нет способа вежливо сказать "я не настолько отчаялся, чтобы съесть _это_".  Садится ровно, наушники и одеяло скатываются на койку.

Это... что? И зачем? Рене недоуменно провожает взглядом движения рук Кита, занятого чаем - труха в пакетиках, конечно; но... Ловкие, уверенные, хотя и резковатые движения ни о чем не говорят, а смотреть Малерби в лицо Рене не хочет.
Предложение перемирия? Разметка территории - мол, я тут в доме хозяин?.. Рене машинально вертит в руке пластиковую вилку - экономно-крохотную для руки взрослого, ровно настолько, чтобы зацепить лапшу было возможно, но никогда - удобно. Зубцы сворачивают водоворот, смешивая кощунственный продуктовый союз - от одной мысли плохо; вместо того, чтобы есть (или комментировать), Рене придерживает обжигающую тару кончиками озябших пальцев.
— .. спасибо?.. - неловко бормочет Рене. - Я.. у меня есть вода.
Малерби. Вчера будет травить, и сегодня тоже - но уже едой. Одинаково от чистого сердца, оба раза.
... Рене немного крепче стискивает пальцы, борясь с иррациональным, разрушительным и бестолковым порывом.

[mask][nick]Rene Villar "Ident"[/nick][status]вы напугали эйнхерия[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/82/f2/37/614570.png[/icon][/mask]

Из случайностей складывалось целое. Он заставлял себя появляться временами на завтраке: если ещё не ложился, и приходил первым, было тихо и чисто; не сегодня. Зато сегодня ему удалось занять заветное место, и некоторое время Алекс, нелепо размахивая руками, то и дело задевал его - извинялся, не глядя, если замечал, и продолжал обсуждать, эмоционально и подробно что-то об автошоу со своим другом: Алекс любил внедорожники, и старался смотреть ралли хотя бы в записи.
Рене замечал каждый раз, и ему казалось, что рукав его черной толстовки - сегодня он постарался выбрать менее заметную, без рисунка - казался ему удивительно теплым, хранящим это мимолетное прикосновение - руки, локтя, плеча. Он наблюдал за Алексом краем глаза, делая вид, что лениво листает что-то на планшете, и эти были лучшие двадцать минут за последние сутки.
Стоило каждой секунды, пока он стаскивал себя с кровати почти насильно, умывался холодной водой, чтобы заставить глаза хоть немного раскрыться, и теперь давился черным кофе, заткнув уши наушниками в попытке спастись от шума.
Несколько минут назад Алекс вышел, оставив поднос - и место - забитым, и в тоске по утерянному блаженству, Рене не заметил - не заметил, как на горизонте сгущаются тучи.

Катастрофа стремительно приближалась, её шаги Рене чувствовал всей спиной. И не делал ни одного движения, чтобы предотвратить её - или встретить лицом.
Словно надеялся, что пронесёт. Что если зажмуриться покрепче, окажется, что голос из прошлого - только игры разума, ещё отупевшего от сна и норовящего соскользнуть обратно в мир грёз.
- Привет..
Голос именно оттуда. В реальности уже ничего не осталось. Может, Рене слишком увлёкся блужданием по грани, вот и почудилось, и..
Шаги останавливаются не за спиной, а сбоку у стола - и не захочешь, а придется заметить, и Рене невольно напрягается.
Он искренне жалеет сейчас о том, что сел с краю, поскольку именно это, похоже, сделало его заметным для взгляда.
И сделало невозможным, сгорбившись, просто потеряться за чужими спинами.

- Привет..  рад, что ты выжил, piccola principessa!
Рене поднимает вялый, невыразительный светлый взгляд от планшета на Кита, стоящего с подносом прямо перед ним. Призрак прошлого улыбался своей обычной, немного неловкой улыбкой, превращавшей его в персонажа какого-нибудь молодежного шоу. Вытянулся сильнее, чуть менее худой и беззаботный, тут и там шрам-другой. Возмутительно живой для призрака.
Взгляд Рене невольно цепляется: цветной браслет, как будто тот же, хотя и врядли, резинка в волосах, цветные кеды. Почему-то пятно, похожее на машинное масло.
Вместо ответа, он натягивает на голову капюшон толстовки, поглубже, ставит планшет на стол перед подносом, отгораживаясь от пустующего места напротив - у него есть подозрение - и возвращает взгляд на экран. Молча, не ответив ни словом, ни улыбкой.
Можно было бы поверить, если бы не эта их короткая встреча глазами, да напряжение, отчетливее проступившее в его позе.
"Не подходи".
Спроси Рене, что происходит на экране его планшета сейчас, вышло бы неладно. Всем собой, напряженным телом, краем зрения, не закрытым натянутым капюшоном, весь обратившись вслух, Рене ждёт - ждёт, насколько плохо и как быстро всё пойдёт на этот раз.
Он почти не чувствует вкуса салата, который медленно, деревянным жестом отправляет себе в рот с подноса. Всё, что на его подносе есть: местный дрянной черный кофе, два кубика сахара, листья салата и немного сыра.
Хорошо. Не то, быть может, его бы стошнило.
Может быть, чуть позже ещё и стошнит.

Отредактировано Jarlath Crowley (17-11-2025 23:24:57)

[mask][nick]Rene Villar "Ident"[/nick][status]вы напугали эйнхерия[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/82/f2/37/614570.png[/icon][/mask]

Кит Малерби оправдывает его ожидания полностью.  Или даже - превосходит.
Расплывается в какой-то непристойно счастливой улыбке, полностью игнорируя.. игнорирование. И бесцеремонно сдвинув поднос, садится рядом с такой уверенностью, будто получил приглашение. Красную дорожку и софиты.
А не безмолвное проклятие на голову. Удивительная бестактность. Самоуверенность. Чтобы ни.
Пальцы Рене так крепко сжимают планшет, что кажется, мог бы сломать - будь тот немного ниже классом, в корпусе послабее. Этот противоударный, на заказ.
А вот голова Малерби, наверняка, со стандартными ттх. Уступит.

Благоразумным. Ледяные интонации чужого голоса - как искаженное эхо слова, бестолково уроненного Малерби между ними, - ползут по позвоночнику мурашками. Вот как. Тогда ему казалось, они ещё поборются, тогда ему казалось, не всё кончено. А другие уже видели в нем этот надлом, не так ли?
Благоразумность. Краеугольный камень, один из, уложенный в фундамент идеологии, на котором держалось всё, что он ненавидел.
.. а сейчас - тоже "кажется"?...
Сама мысль едва выносима.
Этот дурак.
Разве благоразумным он был, идя против команды? Благоразумно было настраивать против себя своих же? Благоразумным было щелкать их словами, зная, чем это обернётся за закрытыми дверьми?
Благоразумным было поджидать Малерби в конце, и потом...
Впрочем. Всё, что скрыто за дверьми и фасадами, обречено умирать в тишине. А всё, оставленное на поверхности, истирается шагами времени и истории.
... да, он мог признать себя благоразумным: легко быть героем, когда предусмотрел главное: те, кто и правда имеет власть, те, кого следовало бы опасаться, никогда не узнают о худшем. Об этих нескольких шагах между ними, и коротком движении.
Легко быть героем, когда точно знаешь: это последний раз. Никогда не придется встретиться с последствиями.

Ну, в каком-то смысле, пришлось - в итоге. Просто в другом мире; просто во времени, когда всё это больше не имеет значения. За исключением, быть может, пары деталей.
-... так ты был спортсменом, Айдент? - с любопытством вмешивается Алексов приятель. Как там его - Коннор? О'Коннел? Любитель погреть уши... - Никогда бы не подумал... О! Эм, привет, новенький!
Рене медленно поворачивает голову и смотрит на них. Затем на его лице появляется маленькая приятная улыбка.
- В шахматы играл, - говорит он.
Затем встречается взглядом с Китом, глаза в глаза. Ощущение неприятное, электрическое - и воспоминания, потревоженные видом этого лица, сквозь которое как будто проступает его более юная версия, оставляют внутри тревожное болезненное чувство. Рене удерживает взгляд на его глазах, не позволяя скользнуть ниже или уйти в сторону.
- Здесь занято, - говорит Рене уже без улыбки. - Малерби, смотрю, с манерами - так же, там же.
Он указывает на бесцеремонно сдвинутый поднос пальцем.
- И внимательностью.
- Ой, да брось, - бесцеремонно влезает ирландец. - Подвинемся! Вы, значит, знакомы?.. Такая удача, хороший знак!

Рене смотрит на него без выражения.
- Куда, - кротко интересуется он, разговаривая через голову Кита, выпрямившись, всё ещё держа в руках планшет.. - На коленки к себе посадишь?.. Удивительное дружелюбие, или?..
О'Коннел... или Коннор? Медленно идёт пятнами.
- Да я... - бормочет он, и вспыхивает.  - Я хотя бы знаю значение этого слова!
- Я тоже, - серьезно говорит Рене. И снова добавляет маленькую улыбку, не касающуюся глаз. - В словаре прочитал.

[mask][nick]Rene Villar "Ident"[/nick][status]вы напугали эйнхерия[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/82/f2/37/614570.png[/icon][/mask]

При виде того, как Кит касается в задумчивости пальцами рта, глядя на него, Рене невольно бросает в жар.
Маленький короткий жест.
Рене чуть прикрывает глаза, наполовину отворачиваясь. Он с трудом разжимает пальцы, стиснувшие планшет до побелевших костяшек, и осторожно берёт в руки стакан с кофе. Он не торопится, стараясь двигаться естественно и плавно - так же, как выскальзывает из-под непрошенного прикосновения к плечу. Отработанно и привычно. Странно знакомо.
Горечь дрянного зерна не способна затмить ту, что оседает на его языке невысказанным протестом.

- Кэссиди Коннор! - ирландец горячо и быстро протягивает руки, обеими ладонями сжимая и встряхивая чужую. - Добро пожаловать!
Рене чувствует его любопытный взгляд всем собой, словно длинное липкое прикосновение. Он не хочет ничего объяснять. Ни о клубах. Ни о знакомстве. Малерби, конечно, такие вещи не ебут вовсе.

Отлично. Давай. Почему нет. Ангел Апокалипсиса, одним взмахов ресниц-крыльев сносящий всё на своём пути. К вечеру только глухой будет не в курсе, не так ли?.. За которые конкретно грехи он послан Рене, знать бы. Может, задумался бы всё же - не повторять.
.. но Малерби ещё не закончил.
Порывистое движение застает врасплох, и кофе стекает по толстовке, пропитывает штаны. Черное на черном. Концептуально, и больше обидно, чем горячо. Припекает Рене не ткань к коленям, а глубоко в горле - чистейший, стискивающий до боли, гнев.
-... не дуйся, piccola principessa!

Не дуйся.
Рене встает, с грохотом отодвигая поднос, разворачиваясь к Киту, и угрожающе стискивая в руках планшет - то ли ударит, то ли бросит, то ли прикидывает - не голову ли врага на этот щит повесить. И поднять, как знамя.
Секунду его рот беззвучно движется, не в силах родить звук. Его руки подрагивают едва удерживаемой эмоцией.
-..  тебя в вашем гетто, - цедит, наконец, Рене, глухо и тяжело. - Вообще никто не воспитывал?! Я говорил, не смей..

[float=left][/float]- Воу! Что тут за шум творится? Я всего на минуту вышел, а меня уже...
Алекс.
Глаза Рене широко раскрываются, и слова умирают, не родившись. Чувствуя легкое прикосновение промеж лопаток, врасплох, он замирает, резко закрыв рот, и его губы сжимаются в плотную линию. Проклятье. Он оставляет Малерби последний огненный взгляд, сглатывая острый ком в горле и на секунду закрывая глаза.
- .. заменили...
Интонация незнакомая, замирающая. Рене делает осторожное движение, чтобы развернуться, и:
- Кит?...
Рене ощущает немилосердный холод, ползущий вниз, вдоль позвоночника, глядя на выражение его лица. На широко раскрытые, потемневшие глаза, дрогнувшие губы, выдыхающие имя вполголоса.
Он выглядит как человек, встретивший призрака - и дурное предчувствие перерастает в уверенность, когда ладонь Алекса бессильно сползает с плеча Рене.
Кит Малерби - катастрофа. Наказание. Немезида. Ангел Апокалипсиса, явившийся разрушить всё в его жизни.
Да какого же дьявола?!

- Да ну, брось! - Кэссиди смеётся, хлопая по столу. - Вы что.. Тоже знакомы?! Да ладно!!
Как же Рене хочется удавить его.

Отредактировано Jarlath Crowley (17-11-2025 23:39:17)