В "прошлой жизни" он был живой иконой. Стефан родился не просто в богатстве — он родился в сиянии софитов и  паппарацции. Его первыми игрушками были объективы камер, а колыбельную заменял щелчок очередной затворки. Его детство и отрочество прошли в безупречном калейдоскопе роскоши: Милан, Париж, Нью-Йорк, реклама парфюма, от которого щиплет в носу и за часы съемок болит голова, автомобилей, которыми из-за  возраста нельзя управлять, и одежды, которая зачастую не нравилась. У него было всё: лицо, сводившее с ума фотографов, состояние, ограждающее от любых проблем, и график, расписанный на год вперёд. И лишь в редкие секунды тишины, глядя на своё идеальное отражение в зеркале гримёрки, он ловил себя на вопросе: «Чего тебе не хватает, если есть всё?»

Детство растворилось в бесконечных расписаниях. Свобода выражения разбилась об повторяющиеся напутствия родителей, где он обязан быть идеальным и каждое движение – изящным, а речь – чистая. Пока он был мал, то всем естеством старался угодить родителям и воспитал в себе больное чувство, что он не имеет права на ошибку. Он должен делать все идеально, должен быть первым и боялся оступиться. Каждое движение ловили журналисты, любое слово могло стоить репутации и бизнеса. В светских раутах, полных гнусных языков, закалялся и невыносимый характер. Когда юность вошла в свою пору, Стефану осточертело быть идеальным, а родители устали от сына: он уже не походил на маленького ангелочка. Тогда появилась на свет сестра Эстрела и уже она грелась в лучах внимания четы Айвори. Но мальчик не ушёл в отвяз, а привыкший к порядку, он взял ответственность сам за себя. Теперь он любил отказывать, если какой-то бренд принёс безвкусное тряпьё. Своих партнеров по съемкам он поучал, уверенный в своём профессионализме. Для некоторых он стал настоящим испытанием, однако безупречное чувство стиля и понимание работы с камерой, все прощали и многие мирились с его непростым характером. О нём говорили, он светил личиком с экранов биллбордов, его приглашали в музыкальные клипы и кино. Успех! Но какие пустота и скука преследовали его по пятам - никто не представлял. Пока ему не сообщили о том, что его приглашают учиться в магическую академию.

Его это не то, чтобы сильно удивило, он всегда считал себя уникальным и не было человека, который мог разубедить его в этом. Но мысль о магии действительно казалась нереальной. Первый год прошёл тихо, даже слишком. Он не нашёл своего ведьмака и принял ожидание, как данность. Перфекционизм помогал ему в учебе. Ему хотелось и тут стать королём положения, так что старался изо всех сил занять первое место в числе успевающих и не забывал о внеклассной жизни академии, нарабатывая себе баллы. Однако общение с другими студентами не задавалось, он не мог общаться столь беспечно и требовал от возможных друзей слишком многого. А если что-то касалось его профессиональной деятельности фэшена, то он словно лишался всякой эмпатии и открыто критиковал, правда, о плюсах тоже не забывал. И отругает, и похвалит.

Стефан представлял, что его вторая половина души такая же амбициозная, безупречная, интеллигентная и стильная. Он был воодушевлен мыслями о родственной душе. Только ведьмак вошёл в жизнь Стефана, как стихийное бедствие: спонтанное, дерзкое, с маргинальными замашками и с претензиями к правилам. Для птички из золотой клетки это настоящий ужас. Ведьмак не вписывался в мир Стефана – он бросал ему вызов. Настоящая угроза идеальному плану получить блестящее образование. Так и случилось. Они стали живым воплощением противоречий. Незамедлительно была объявлена война, Стефан старался перевоспитать ведьмака, подмять под свои высокие стандарты, только в ответ его ждали не менее красочные реплики. Это был танец двух сил. И этот танец не давал связи выйти на должный уровень.

Но в этой затяжной войне Стефан с любопытством взглянул на ведьмака под иным углом. Раньше тот казался просто безответственным чурбаном, но постепенно, сквозь трещины идеального фасада, он заметил какую-то дикую и необузданную свободу. Но, несмотря на осознание и медленно тающий лёд, их привычное общение стало ритуалом. Без него всё было... Не тем. Или же Айвори не желал проигрывать? Он до сих пор не понимает.

После окончания академии встал острый вопрос с тем, что делать дальше. Ведьмаку остался ещё год, а о будущем надо думать уже сегодня. И здесь до Айвори дошла информация, что директор академии просто исчез, а новый директор набирает персонал. Стефан отправил своё резюме на открытую вакансию, естественно, со всеми своими достижениями и выстраданным аттестатом отличника. И его приняли на должность секретаря директора. Начиная с недавнего времени, он теперь живет в Салеме и работает на замечательной работе. Не считая того, что обожаемый ведьмак подкидывает испытания своим поведением и позорит честное имя. Кажется, Стефан уже привык к постоянному нервному тику.