Квен родился в богатой и успешной семье. Отец, корейский бизнесмен, сколотил состояние на сети косметологических клиник, а мать — топ-модель из Франции, была востребована на мировых подиумах.

Он рос так, как растет любой ребенок из мажорного выводка: Большую часть детства Квен был предоставлен нянькам и гувернерам, а от родителей, в качестве откупа за недостающее внимание, регулярно получал дорогие подарки и деньги. Они любили своего ребенка, но не видели в нем наследника семейного бизнеса: С ранних лет Квен отличался любовью к удовольствиям и развлечениям, и дела семьи не волновали его. Он быстро менял интересы, никогда не задерживался на чем-то одном дольше, чем на месяц, был неусидчивым, чрезмерно избалованным и ленивым. Квен всегда искал легкие наслаждения и не любил трудиться, хотя некоторыми склонностями обладал, и имел потенциал в области математических наук.

Совершенно иначе обстояли дела с его младшей сестрой — Мин-джи. Девочка-цветок, радость для отца и гордость для матери, красивая, любознательная, такая же избалованная, но добрая и открытая. Отношения с ней не были сложными, но Квена тяготила и раздражала правильная и угодливая порядочность Мин-джи. С ней ему было попросту скучно.

Когда Квену исполнилось двенадцать лет, произошел инцидент, под корню изменивший его жизнь. Прямо на дне рождения Мин-джи. Во время праздничного торжества в семейном саду, Квен заметил, как сестра плакала о том, что не получила желаемого подарка. Желая развеселить ее и отвлечь от дурных мыслей, он пошутил и рассмеялся. В тот момент, что-то щелкнуло внутри него.

Мин-джи утерла слезы и засмеялась в ответ.

Но не остановилась.

Через час она посинела, а через несколько минут — потеряла сознание. Врачи диагностировали редкую форму рефлекторной эпилепсии, вызванную гипервентиляцией. Мин-джи выжила, но осталась инвалидом. Ее поместили в закрытую клинику в Сеуле, где она пребывает и по сей день. Мин-джи не говорит и не ходит, но ее лицо застыло в гримасе улыбки.

Болезнь дочери сломала родителей, и Квен окончательно выпал из их внимания. Чем старше он становился, тем более сильной становилась его тяга к удовольствиям: В среде селебрити он заслужил репутацию молодого светского льва и прожигателя жизни. Квен любил праздники, шумные выступления, концерты, эпатажные выходки, и упивался теми странными ощущениями счастья и радости, которые источал. Ни одна вечеринка не обходилась без его участия.

А потом, в его грешную жизнь прилетело письмо с приглашением поступить в одну Академию, которую Квен посчитал крайне «нишевой и захудалой» для своего статуса. Однако, то ли терпение родителей иссякло от его выходок, то ли сам Квен тратил слишком много денег, но отец буквально вытурил его из родной среды обитания, и дал здравого пинка прямиком до Академии Фасги. Там Квен пребывает и по сей день, развеивая своим радостным светом унылые ученические будни.